Депо кальция в клетке


Промежуточные нити

Промежуточные нити (филаменты) состоят из белков, специфичных для определённых клеточных типов; имеют диаметр 8–11 нм (табл. 3–1). Различают цитокератины эпителия, десмины мышц, виментины мезенхимы, ламины ядерной оболочки, а также нейрофиламенты, глиофиламенты и чётковидные волокна хрусталика. Промежуточные нити создают внутриклеточный каркас, обеспечивают упругость клетки, поддерживают упорядоченность расположения компонентов цитоплазмы. Иммуноцитохимические реакции с АТ конкретных типов промежуточных нитей нашли применение в цитодиагностике генеза опухолей.

Таблица 3‑1.Белки промежуточных филаментов (нитей) различных клеток

Филаментыибелки

Функции

Цитокератины кератиновых нитей эпителиальных клеток

Создают тянущее усилие, взаимодействуют с десмосомами. Маркёры опухолей эпителиального происхождения.

Десмины мышечных тканей

Образуют внутриклеточный каркас, взаимодействуя с сократительными структурами

Виментины клеток мезенхимного генеза

Маркёры опухолей соединительной ткани

Глиальный фибриллярный кислый белок глиофиламентов в астроцитах

Маркёры астроцитом

Белки нейрофиламентов нервных клеток

Поддерживают форму отростков нейрона

Факинин и филензин чётковидных волокон хрусталика

Поддерживают структуру хрусталиковых волокон

Ламины ядерной пластинки ядерной оболочки

Организуют ядерную пластинку и лежащий около неё хроматин.

Депо кальция

Цистерны гладкой эндоплазматической сети многих клеток специализированы для накопления в них Ca2+путём постоянного откачивания Ca2+из цитозоля, где нормально содержание Ca2+находится на уровне 10–7М. Подобные депо кальция функционируют в любой клетке (гладкая эндоплазматическая сеть). Особенно велика роль кальциевых депо в скелетной и сердечной мышцах, нейронах, хромаффинных клетках, яйцеклетке, эндокринных клетках и т.д. Различные сигналы (например, гормоны, нейромедиаторы, факторы роста) влияют на функции клеток и их пролиферацию путём изменения концентрации в цитозоле внутриклеточного посредника — Ca2+. Например, условием сокращения мышечных элементов является резкое повышение концентрации Ca2+в цитозоле. Для этого необходимо постоянно откачивать ионы кальция из цитозоля и накапливать их в специальных депо, образованных Ca2+-запасающими цистернами гладкой эндоплазматической сети (их название в мышечных элементах — саркоплазматический ретикулум). Внутри цистерн находятсяCa2+-связывающиебелки(кальсеквестрин, кальретикулин и др.) В мембрану цистерн–депо Ca2+встроеныCa2+‑насосы(Ca2+‑АТФаза), постоянно закачивающие Ca2+внутрь цистерн, иCa2+‑каналы, через которые происходит выброс Ca2+из депо при поступлении сигнала (рис. 3–10).

Рис.3–10.МеханизмвыбросаCa2+изцистернгладкойэндоплазматическойсетивсегда осуществляется при взаимодействии макромолекулярных структур плазмолеммы и стенки кальциевых депо.А—рецептор рианодинав мембране цистерны связан с Ca2+‑каналом, активируется дигидропиридиновым рецептором плазмолеммы;Б— рецептор рианодина в мембране цистерны непосредственно не связан с белками плазмолеммы, но активируется Ca2+при незначительном повышении концентрации этого катиона в цитозоле за счёт поступления в клетку через потенциалозависимые Ca2+‑каналы плазмолеммы;В— Ca2+освобождается из цистерн при активации рецепторов инозитолтрифосфата. Этот второй посредник образуется при участии фосфолипазы C в ответ на взаимодействие агониста со своим рецептором в плазмолемме. [11].

 Известно несколько типов Ca2+‑каналов, в т.ч. управляемые рецепторами рианодина и вторым посредником (инозитолтрифосфат).

 Рецепторырианодинаактивируются двояко: через рецепторы дигидропиридина и через потенциалозависимые Ca2+‑каналы плазмолеммы.

 Рецепторыдигидропиридинавстроены в плазмолемму и реагируют на изменения её МП: изменение конформации рецепторов дигидропиридина активируетрецепторы рианодинаи приводит к выбросу Ca2+из депо. Подобный механизм функционирует в саркоплазматическом ретикулуме волокон скелетной мышцы.

 Изменениямембранногопотенциалаоткрывают потенциалозависимые Ca2+‑каналы плазмолеммы, в результате в клетке несколько повышается концентрация Ca2+. Этот Ca2+активируетрецепторы рианодина, и запасённый в депо Ca2+выбрасывается в цитозоль. Этот механизм функционирует в нейронах и кардиомиоцитах.

 Инозитолтрифосфат. Каналы в мембране цистерн открываются под действием инозитолтрифосфата (рис. 2‑10), образующегося при воздействии на клетку внешнего сигнала. Например, при взаимодействииангиотензиновсо своими рецепторомами в плазматической мембране ГМК активируется фосфолипаза С, и образуется инозитолтрифосфат. Последний диффундирует в цитоплазме, связывается с рецепторами инозитолтрифосфата в мембране цистерн гладкой эндоплазматической сети и открывает Ca2+‑каналы. Этот механизм функционирует в овоцитах, лимфоцитах, ГМК и других клетках.

 Этанол—ингибиторрецепторовинозитолтрифосфата— участвует в развитии атаксии при алкогольной интоксикации. КлеткиПуркиньемозжечка имеютрецепторы рианодинаи инозитолтрифосфата в мембране цистерн, локализованных как в теле клетки (перикарион), так и в дендритах. Но в цистернах концевых разветвлений дендритов (шипики) присутствуют только рецепторы инозитолтрифосфата.

studfiles.net

Биология и медицина

Гипотеза о сопряжении входа наружного Са с его высвобождением из внутриклеточных кальциевых депо была выдвинута в 1981 г. Casteels и Droogmans и затем получила свое дальнейшее развитие в работе ( Putney, 1986 ). Суть гипотезы первоначально заключалась в том, что после высвобождения кальция из эндоплазматического ретикулума и других чувствительных к гормонам эндогенных кальциевых хранилищ их последующее заполнение происходит не только за счет обратного транспорта данного иона из цитоплазмы АТФазами, но и в результате прямого поступления туда внеклеточного кальция. Фактически это выглядит как эндоцитоз. Обсуждаемая идея возникла при изучении влияния стимуляторов секреции карбахолина и субстанции Р на активность кальций-чувствительных калиевых каналов в клетках околоушной железы ( Aub et al., 1982 ). Активность каналов регистрировали по выходу Rb . При добавлении к клеткам карбохолина в бескальциевой среде наблюдается кратковременная активация калиевых каналов ионами кальция, высвобождающимися из внутриклеточных резервуаров. Если после этого, заблокировав действие карбохолина атропином , добавить субстанцию Р, активация кальциевых каналов не происходит, поскольку внутриклеточные запасы кальция истощены. По-видимому, истощение происходит из-за того, что часть эндогенного кальция выводится из клетки кальциевой АТФазой плазматической мембраны . Восполнить внутриклеточные запасы кальция и восстановить эффекты гормонов на кальций можно, если в течение короткого времени между добавлениями атропина и субстанции Р клетки выдерживать в среде, содержащей кальций. Неожиданным оказалось то, что во время заполнения внутриклеточных резервуаров кальцием не активировались Са-чувствительные калиевые каналы плазматической мембраны. Это могло означать, что во время переноса Са из внешней среды во внутренние депо не происходит повышения концентрации Са в цитоплазме, то есть внешний Са поступает во внутриклеточные резервуары, минуя цитоплазму ( Putney, 1986 ). Одно из возможных объяснений заключается в том, что образуется физический контакт между плазматической мембраной и мембраной внутриклеточных резервуаров Са++ . В месте контакта открывается пора, через которую и пополняются внутриклеточные кальциевые депо. Согласно обсуждаемой гипотезе, необходимым условием активации входа Са по такому механизму является опустошение эндоплазматического ретикулума или других хранилищ эндогенного кальция. На роль регуляторных факторов, участвующих в этом процессе, выдвигались ГТФ и инозитол-1,3,4,5-тетракисфосфат , образующийся из Ин-1,4,5-Ф при повышении [Ca]цит, ( Irvin, 1989 ).

Из данной гипотезы следует, что физиологические процессы внутри клетки регулируются путем изменения не только [Ca]цит, но и концентрации Са в мембранных кальциевых депо. Идея о регуляторной роли внутривизикулярного Са обсуждалась в связи с процессами секреции ( Sambrook,1990 ). Высказана гипотеза о том, что триггером секреции может быть не повышение [Ca]цит, а снижение его концентрации в секреторных везикулах.

Гипотеза Патни довольно широко обсуждалась в научных публикациях ( Berridge, Irvine, 1989 ). Делались неоднократные попытки ее проверки ( Merritt,Rink, 1987; Takemura, Putney, 1989 ; Kwan, Putney, 1990; Shuttleworth, 1990 ). В результате проведенных исследований первоначальная модель подверглась модификации. В модели Патни опустошение кальциевых резервуаров служит импульсом для переноса ионов Ca из наружной среды в эндогенные хранилища, минуя цитоплазму ( Putney, 1986 ; Merritt, Rink, 1987b ; Ghosh, Mullaney, Tarazi, Gill, 1989 ; Irvine, 1989) .

Более тщательные измерения [Ca]цит во время восполнения кальциевых депо (между двумя добавками агониста) в ряде случаев позволили зарегистрировать кратковременное увеличение концентрации Ca++в цитоплазме клеток ( Takemura, Putney, 1989 ; Shuttleworth, 1990 ). Это означает, что по крайней мере часть Са проходит через цитоплазму. Кроме того, было показано, что при определенных условиях восстановление эндогенного кальциевого пула практически полностью происходит за счет цитоплазматического Са ( Machen, Negulescu,1988 ).

Основываясь на этих и некоторых других данных была предложена модифицированная модель, в которой по-прежнему состояние внутриклеточных кальциевых резервуаров (т.е. их истощение по кальцию) определяет вход Са++в клетку ( Takemura,Putney,1989 ), однако поступление наружного Са++ происходит сначала в цитоплазму ( Kwan,Puntey, 1990 ).

Сильный аргумент в пользу модели сопряжения входа Са с состоянием внутренних кальциевых депо был получен в опытах на эндотелиальных клетках ( Jacob,1990 ). Одиночную нагруженную фурой-2 клетку эндотелия пупочной вены человека в течение короткого времени омывали бескальциевым раствором с гистамином,а затем добавляли раствор с Mn . Оказалось, что начальная скорость входа Mn++ была обратно пропорциональна степени наполненности кальцием внутренних хранилищ. Каким образом может осуществляться сопряжение между входом Са и внутриклеточными резервуарами, совершенно неясно. Также неизвестен механизм транспорта Са через плазматическую мембрану. Предполагается, что при этом активируются кальциевые каналы ( Kwann, Putney, 1990 ), однако зарегистрировать это пока не удалось.

В тучных клетках наблюдается активация входящего кальциевого тока, возникающего в ответ на истощение по кальцию внутриклеточных депо.

Приведенные данные указывают, что существует большое разнообразие путей, по которым гормоны и другие агонисты могут активировать вход Са в клетки. Остается неясным, существует ли универсальный механизм, обеспечивающий рецепторзависимый вход Са в клетки. Вполне допустимо, что в разных клетках работают различные системы входа Са в ответ на гормональные стимулы. Конкретный механизм, реализуемый в том или ином случае, определяется, по- видимому, типом рецептора, особенностями клетки, возможно, какими-либо другими факторами. Так, даже в одной линии клеток - клетках карциномы человека А431 - в ответ на один и тот же агонист эпидермальный фактор роста существует несколько способов рецепторактивируемого входа Са. ( Berridge, Irvine, 1989 )

Ссылки:

medbiol.ru

Обмен кальция в организме

В организме взрослого человека содержится в среднем 1000 г кальция. Основным депо кальция в организме (99% всего кальция от общей массы) являются кости. В костях около 99% кальция присутствует в малорастворимой форме кристаллов гидроксиапатита [Са10(РО4)6(ОН)2Н2О]. В виде фосфатных солей в костях находится лишь 1% кальция, который может легко обмениваться и играть роль буфера при изменениях концентрации кальция в плазме крови. Другой фонд кальция (1% от общей массы кальция) - кальций плазмы крови. В плазму крови кальций поступает из кишечника (с водой и пищей) и из костной ткани (в процессе резорбции).

Рис. Биологическое действие ПНФ. 1 - ингибирует выделение ренина; 2 - ингибирует секрецию альдостерона; 3 - ингибирует секрецию АДГ; 4 - вызывает релаксацию сосудов.

Кальций - не только структурный компонент костной ткани. Ионы кальция играют ключевую роль в мышечном сокращении, увеличивают проницаемость мембраны клеток для ионов калия, влияют на натриевую проводимость клеток, на работу ионных насосов, способствуют секреции гормонов, участвуют в каскадном механизме свёртывания крови. Кроме этого, они служат важнейшими посредниками во внутриклеточной передаче сигналов.

Концентрация кальция внутри клеток зависит от его концентрации во внеклеточной жидкости. Пределы колебаний общей концентрации Са2+ в плазме крови здоровых людей составляют

2,12-2,6 ммоль/л, или 9-11 мг/дл. Кальций плазмы крови представлен в виде:

  • несвязанного, ионизированного кальция (около 50%);
  • ионов кальция, соединённых с белками, главным образом, с альбумином (45%);
  • недиссоциирующих комплексов с цитратом, сульфатом, фосфатом и карбонатом (5%).

Биологически активной фракцией является ионизированный кальций, концентрация которого поддерживается в пределах 1,1-1,3 ммоль/л.

Изменение уровня кальция может привести к нарушению многих процессов: изменению порога возбудимости нервных и мышечных клеток, нарушению функционирования кальциевого насоса, снижению активности ферментов и нарушению гормональной регуляции метаболизма. Концентрация Са2+ в плазме регулируется с высокой точностью: изменение её всего на 1% приводит в действие гомеостатические механизмы, восстанавливающие равновесие.

Основными регуляторами обмена Са2+ в крови являются паратгормон, калыщтриол и каль-цитонин.

Нормальное содержание Са+2 в цитоплазме не превышает 10-7 М (10-100 нм). В цитоплазме и клеточных органеллах имеется множество белков, способных связывать Са+2, некоторые из них выполняют роль буфера.

При высокой концентрации в цитоплазме ионы Са+2 оказывают на клетку цитотоксическое действие. Поэтому уровень Са+2 в отдельной клетке испытывает кратковременные всплески, увеличиваясь в 5-10 раз, а стимуляция клетки лишь увеличивает частоту этих флуктуаций. Различные сигналы (например, гормоны, нейромедиаторы, факторы роста) влияют на функции клеток и их пролиферацию путем изменения концентрации в цитозоле Са+2 . Например, условие сокращения мышечных элементов – резкое повышение концентрации Са+2 в цитозоле. Для этого необходимо постоянно откачивать ионы кальция из цитозоля и накапливать их в специальных депо - Са+2 –запасающих цистернах ГЭПР. Внутри цистерн находятся Са+2-связывающие белки. В мембрану цистерн встроены Са+2-насосы (Са+2-АТФ-аза), постоянно закачивающие Са+2 внутрь цистерн, и  Са+2-каналы, через которые происходит выброс Са+2 из депо при поступлении сигнала. При этом происходит резкое повышение Са+2 в цитоплазме (до 500-1000 нм).

Са+2-канал, по которому Са+2 выбрасывается из цистерн в цитозоль по градиенту концентрации. Известно несколько типов  Са+2-каналов, в том числе – управляемые рецепторами рианодина и вторым посредником - инозитолтрифосфатом.

Рецепторы рианодина

Рианодин – растительный алкалоид. Рецепторы его активируются двояко: через рецепторы дигидропиридина и через потенциалзависимые Са+2 каналы плазмолеммы

Рецепторы дигидропиридина встроены в плазмолемму и реагируют на изменение ее мембранного потенциала: изменение конформации рецепторов дигидропиридина активирует рецепторы рианодиина и приводит к выбросу  Са+2 из депо. В саркоплазматическом ретикулуме волокон скелетной мышцы.

Изменения мембранного потенциала открывают потенциалзависимые Са+2-каналы плазмолеммы, в результате чего в клетке несколько повышается концентрация Са+2. Этот Са+2 активирует рецепторы рианодина, и запасенный в депо Са+2 выбрасывается в цитозоль. В нейронах и кардиомиоцитах.

Рецепторы рианодина активируются рианодином и кофеином.

Инозитолтрифосфат

Каналы в мембране цистерн открываются под действием инозитолтрифосфата, образующегося при воздействии на клетку внешнего сигнала. Например, при взаимодействии ангиотензина со своим рецептором в плазматической мембране гладкомышечной клетки (ГМК) активируется фосфолипаза С, и образуется инозитолтрифосфат. Последний диффундирует в цитоплазме, связывается с рецепторами инозитолтрифосфата в мембране цистерн ГЭПР и открывает Са+2-каналы. В овоцитах, лимфоцитах, ГМК и других клетках.

Этанол – ингибитор рецепторов инозитолтрифосфата- участвует в развитии атаксии при алкогольной интоксикации. Клетки Пуркинье мозжечка имеют рецепторы рианодина и инозитолтрифосфата в мембране цистерн, но в цистернах концевых разветвлений дендритов присутствуют только рецепторы присутствуют только рецепторы инозитолтрифосфата.



biofile.ru

Лекция: Фосфорно-кальциевый обмен и его регуляция.

Биохимия

Тканей зуба

И

Пародонта УДК 616.31:577.1

Забросаева Л.И. Биохимия тканей зуба и пародонта. (Учебно-методическое пособие). Смоленск, СГМА, 2007, 74 с.

Рецензенты:

А.А.Чиркин, профессор, доктор биологических наук, заведующий кафедрой биохимии Витебского государственного университета им. П.Машерова.

В.В.Алабовский, профессор, доктор медицинских наук, заведующий кафедрой биохимии Воронежской государственной медицинской академии.

Учебно-методическое пособие составлено в соответствии с учебной про­граммой Министерства образования РФ (1996г) для стоматологического факультета медицинских вузов. В данное пособие включены вопросы биохимии соединительной ткани, тканей зуба и пародонта, а также имеющие к ним непосредственное отношение сведения о фосфорно-кальциевом обмене, его регуляции, биохимических аспектах минерализации твёрдых тканей зуба и кости, метаболических функциях фтора.

Пособие предназначается для студентов стоматологического факультета, врачей-интернов, ординаторов. Отдельные главы могут представлять интерес для студентов лечебного и педиатрического факультетов.

Таблиц 2, рисунков 15. Список литературы 78 названий.

Смоленск, СГМА, 2007

Фосфорно-кальциевый обмен и его регуляция.

Кальций — один из пяти (О, С, Н, N, Са) наиболее распространённых элементов, встречающихся в организме человека и животных. В тканях организма взрослого человека содержится до 1-2 кг кальция, 98-99 % которого локализовано в костях скелета. Входя в состав минерализованных тканей в виде фосфорнокислых солей и апатитов различных видов, кальций выполняет пластическую и опорную функции. Внекостный кальций, на долю которого приходится около 1-2% от его общего содержания в организме, также выполняет чрезвычайно важные функции:

1. Ионы кальция участвуют в проведении нервных импульсов, особенно в области ацетилхолиновых синапсов, способствуя высвобождению медиаторов.

2. Ионы кальция участвуют в механизме мышечного сокращения, инициируя при их поступлении в саркоплазму взаимодействие актина и миозина. Из саркоплазмы ионы кальция выкачиваются в цистерны саркоплазматического ретикулума Са2+ — зависимой АТФ-азой или т. н. «кальциевым насосом». При этом происходит мышечная релаксация.

3. Ионы кальция являются кофактором ряда ферментов, участвующих в синтезе белков, гликогена, в энергетическом обмене и других процессах.

4. Ионы кальция легко образуют межмолекулярные мостики, сближают молекулы, активируя их взаимодействие внутри клеток и между клетками. Этот факт объясняет участие кальция в фагоцитозе, пиноцитозе, адгезии клеток.

5. Ионы кальция являются необходимым компонентом системы свёртывания крови.

6. В комплексе с белком кальмодулином ионы кальция являются одним из вторичных посредников действия гормонов на внутриклеточный метаболизм.

7. Ионы кальция увеличивают проницаемость клеток для ионов калия, влияют на работу ионных каналов.

8. Избыточное накопление ионов кальция внутри клеток ведёт к их деструкции и последующей гибели.

Кальций поступает в организм в составе пищи в виде солей: фосфатов, бикарбонатов, тартратов, оксалоацетатов, всего — около 1г в сутки. Большинство солей кальция плохо растворимы в воде, чем объясняется их ограниченное усвоение в желудочно-кишечном тракте. У взрослых всасывается из желудочно-кишечного тракта в среднем 30 % всего кальция пищи, у детей и беременных — больше. Во всасывании кальция из просвета кишечника участвуют Са2+-связывающий белок, Са2+-зависимая АТФ — аза, АТФ. Витамин D, лактоза, лимонная кислота, белки повышают всасывание кальция из желудочно-кишечного тракта, а алкоголь в высоких дозах и жиры — понижают.

Транспорт кальция кровью происходит в комплексе с органическими и неорганическими кислотами, а также с альбуминами и, в меньшей степени — с глобулинами плазмы. Эти транспортные формы кальция суммарно составляют связанный кальций крови — своеобразное депо кальция крови. Помимо этого в крови имеется также ионизированный кальций, составляющий в норме 1,1-1,3 ммоль/л. Общее содержание кальция в сыворотке крови составляет 2,2-2,8 ммоль/л. Гипокальциемия имеет место при рахите, гипопаратиреозе, при низком содержании кальция в пище и нарушении всасывания его в желудочно-кишечном тракте. Гиперкальциемия отмечается при гиперпаратиреозе, гипервитаминозе D и других патологических состояниях. Ион кальция и парный ему ион фосфата присутствуют в плазме крови в концентрациях, близких к пределу растворимости их солей. Поэтому связывание кальция белками плазмы предупреждает возможность образования осадка и эктопической кальцификации тканей. Изменение концентрации альбуминов, и в меньшей степени глобулинов, в сыворотке крови сопровождается изменением соотношения концентраций ионизированного и связанного кальция. Кислый сдвиг рН внутренней среды организма способствует переходу кальция в ионизированную форму, а щелочной, наоборот — связыванию его с белками.

Из крови кальций поступает в минерализованные и, в меньшей степени — в другие ткани. В организме костная ткань выполняет роль депо кальция. В надкостнице содержится легко обменивающийся кальций, составляющий около 1% всего кальция скелета. Это мобильный пул кальция. Способностью к аккумуляции кальция обладают митохондрии, ядра, цистерны саркоплазматического и эндоплазматического ретикулума. Они содержат Са2+-зависимые АТФ-азы, осуществляющие сопряжённый с гидролизом АТФ выброс ионов кальция из цитоплазмы во внеклеточную жидкость (сокращение мышцы) и закачивание Са2+ в цистерны саркоплазматической сети (расслабление мышцы). Кальций — это типичный внеклеточный катион. Концентрация кальция внутри клеток — менее 1 мкмоль/л. Если она повышается более 1мкмоль/л, то происходит изменение активности многих ферментов, которое влечёт за собой нарушение нормального функционирования клетки. Повышение проницаемости клеточных мембран при различных патологических состояниях также сопровождается активацией транспорта ионов кальция внутрь клеток. При этом происходит повышение активности мембранной фосфолипазы А2, освобождение полиненасыщенных жирных кислот, активация процессов перекисного окисления липидов в мембранах и повышенное образование эйкозаноидов, что приводит к дальнейшему увеличению проницаемости мембранных структур вплоть до развития деструктивных изменений в них, ведущих к гибели клетки. Известен, например, т. н. «кальциевый парадокс» — резкое ухудшение функции сердечной мышцы и общего состояния организма в постишемической фазе миокарда.

Выведение кальция из организма осуществляется главным образом через кишечник в составе жёлчи, желудочного сока, слюны и секрета поджелудочной железы (всего около 750 мг/сутки). С мочой выделяется мало кальция (около 100 мг/сутки), т.к. 97-99% кальция первичной мочи реабсорбируется в извитых канальцах почек. После достижения 35 летнего возраста суммарная экскреция кальция из организма человека возрастает.

Фосфор, как и кальций, является одним из жизненно необходимых элементов. В организме взрослого человека содержится ~1 кг фосфора. 85% этого количества выполняет структурную и минерализующую функции, входя в состав костей скелета. Значительная часть фосфора является составной частью различных органических веществ: фосфолипидов, некоторых коферментов, макроэргических соединений, нуклеиновых кислот, нуклеотидов, фосфопротеинов, фосфорнокислых эфиров глицерина, моносахаридов и других соединений. Участвуя в реакциях фосфорилирования и дефосфорилирования различных органических соединений, фосфат выполняет регуляторную функцию. Эти процессы происходят с участием специфических протеинкиназ. Таким путём регулируется активность многих ключевых ферментов: фосфорилазы, гликогенсинтазы, а также ядерных, мембранных белков и других соединений. Неорганический фосфат входит в состав фосфатной буферной системы: Nah3РО4 / Na2HРО4 и тем самым участвует в поддержании кислотно-щёлочного состояния крови и тканей.

Основным источником фосфора для организма человека является пища. Содержание фосфора в суточном пищевом рационе человека варьирует от 0,6 до 2,8г и зависит от состава и количества потребляемой пищи. Основное количество фосфора поступает в составе молока, мяса, рыбы, изделий из муки и, в меньшей степени, — с овощами. В желудочно-кишечном тракте фосфор усваивается лучше, чем кальций: всасывается 60-70% пищевого фосфора. Обмен фосфора тесно связан с обменом кальция, начиная с поступления в организм в составе пищи и кончая выделением из организма. Их объединяет также общая эндокринная регуляция.

В плазме крови фосфор находится в трёх формах: ионизированной (55 %), связанной с белками (10 %), связанной с комплексонами Nа, Са, Мg (35%). В норме содержание неорганического фосфата в сыворотке крови взрослого человека составляет 0,75 — 1,65 ммоль/л и зависит от возраста, пола, характера питания и т.п. В сыворотке крови детей содержание неорганического фосфата выше, чем у взрослых и зависит от интенсивности роста. Гиперфосфатемия отмечается при хронической почечной недостаточности, заживлении перелома кости, при гипофизарном гигантизме, некоторых опухолях кости, гипервитаминозе D. Гипофосфатемия имеет место при рахите, гиперпаратиреозе, низком содержании фосфора в пище и нарушении его всасывания в кишечнике, а также при поступлении в организм большого количества углеводов. Содержание фосфатов в клетках крови превышает их содержание в плазме в 30-40 раз. В клетках, в отличие от плазмы крови, преобладает органический фосфат, например, в эритроцитах — 2,3 дифосфоглицерат, АТФ, глюкозо-6 фосфат, фосфотриозы и другие фосфорно-кислые эфиры органических веществ. Концентрация органического фосфата в клетке выше, чем неорганического почти в 100 раз. В плазме крови преобладает неорганический фосфат, который, поступая в клетки, используется для реакций фосфорилирования различных органических веществ. Показано, например, что поступление повышенного количества глюкозы в клетки сопровождается снижением содержания неорганического фосфата в плазме крови.

Роль депо фосфора выполняют кости скелета, в состав которых фосфор входит в виде различного вида апатитов и фосфорно-кальциевых солей. Выведение фосфора из организма осуществляется, главным образом, через почки (64,4%), а также с калом (35,6%). Ничтожно малое количество фосфора экскретируется с потом. В извитых канальцах почек реабсорбируется до 90% фосфора. Реабсорбция фосфора зависит от реабсорбции натрия. Усиление экскреции натрия с мочой сопровождается повышением экскреции фосфора. В составе мочи преобладают однозамещённые фосфаты (NaН2РО4), а в плазме крови — двузамещённые (Na2НРО4). В моче соотношение NаН2РО4 / Nа2НРО4 равно 50/1, а в плазме крови оно составляет 1/4.

В регуляции фосфорно-кальциевого обмена участвуют паратгормон, кальцитонин, витамин D. Паратгормон (ПТГ) синтезируется в паращитовидных железах (парном органе), а также частично в тимусе и щитовидной железе. По химической структуре — это белок с молекулярной массой 9500, состоящий из 84 аминокислот. Он вырабатывается в виде препрогормона (115 аминокислот), путём частичного протеолиза преобразуется в прогормон (90 аминокислот), а затем — в активный ПТГ (84 аминокислоты). Синтез и секреция ПТГ возрастают при снижении концентрации кальция в крови. Период полураспада ПТГ составляет 20 минут, его органы — мишени: кость и почки. В костях ПТГ ( в больших дозах ) стимулирует распад коллагена и переход кальция и фосфора из кости в кровь, в почках он повышает реабсорбцию кальция, но снижает реабсорбцию фосфора, что приводит к фосфатурии и уменьшению концентрации фосфора в крови. Концентрация кальция в крови при этом повышается. ПТГ способствует также превращению витамина D в почках в его активную форму — кальцитриол (1,25 дигидроксихолекальциферол). В связи с этим он может опосредованно (через кальцитриол) активировать всасывание кальция в тонком кишечнике.

Секреция ПТГ зависит только от концентрации кальция в крови и не контролируется другими железами внутренней секреции. Концентрация фос­фора в плазме крови не влияет на секрецию ПТГ. Недостаточность функции паращитовидных желёз может развиться при операциях на шее, случайном удалении или повреждении паращитовидных желёз, а также вследствие их аутоиммунной деструкции. Кажущийся эффект гипопаратиреоза может быть связан со снижением чувствительности рецепторов органов — мишеней к парат­гормону. Клиническими симптомами гипопаратиреоза являются гипо­кальциемия, гиперфосфатемия, повышение нервно-мышечной возбудимости, судороги, тетания. Может наступить смерть вследствие спазма дыхательных мышц и ларингоспазма. Устранить последствия гипокальциемии можно введением в организм препаратов кальция, паратгормона, витамина D.

Гиперпаратиреоз проявляется гиперкальциемией, гипофосфатемией, фосфатурией, резобцией костной ткани, приводящей к частым переломам костей; камнеобразованием в почках, нефрокальцинозом, снижением функции почек. Причинами гиперпаратиреоза могут быть аденома паращитовидных желёз, а также некоторые патологические состояния почек, приводящие к уменьшению образования кальцитриола в почках и снижению концентрации кальция в крови. В ответ на гипокальциемию возрастает продукция и секреция ПТГ. Стойкая гиперкальциемия может привести к развитию комы и гибели от паралича мышц.

Кальцитонин — это пептид с Мr 3200, состоящий из 32 аминокислот. Он синтезируется в щитовидной и паращитовидных железах, секретируется в ответ на гиперкальциемию, снижая концентрацию кальция и фосфора в крови. Механизм действия кальцитонина состоит в том, что он подавляет мобилизацию кальция и фосфора из кости, способствует минерализации кости. Кальцитонин является антагонистом ПТГ, так как поддерживает «тонус» кальция в крови. При гиперпродукции кальцитонина может развиться остеосклероз — увеличение массы кости на единицу её объёма.

Витамин D — это группа веществ — кальциферолов, обладающих антирахитической активностью. Важнейшие среди них — холекальциферол (витамин D3), эргокальциферол (витамин D2) и дигидроэргокальциферол (витамин D4) относятся к группе стероидных соединений. Витамин D3 содержится в пище животного происхождения: в рыбьем жире, печени, желтке куриного яйца, сливочном масле. Этот витамин может также синтезироваться в коже из холестерина под воздействием ультрафиолетовых лучей (эндогенный витамин D3). Эргокальциферолы имеют растительное происхождение. Однако, ни эрго-, ни холекальциферолы не обладают биологической активностью. Их биологически активные формы образуются в процессе метаболизма. Пищевые и эндогенные кальциферолы с током крови приносятся в печень. В гепатоцитах с участием специфической монооксигеназной системы, включающей 25-гидроксилазу кальциферолов, NADH и молекулярный кислород, осуществляется первый этап гидроксилирования витамина D3, в результате чего у 25-го атома углерода появляется ОН-группа.

Затем 25 (ОН) производное витамина D3 с помощью кальциферолсвязывающего белка плазмы крови переносится в почки, где подвергается второму этапу гидроксилирования с участием 1 альфа-гидроксилазы кальциферолов, NADH, молекулярного кислорода и превращается в 1,25 дигидроксихолекальциферол, или кальцитриол,-биологически активную форму витамина D (рис.1).

Рис.1. Формулы предшественника витамина D3 --7дегидрохолестерола, витамина D3 и кальцитриола.

Кальцитриол (1,25 дигидроксихолекальциферол) имеет следующие органы — мишени: кишечник, костная ткань, почки. В кишечнике он повышает всасывание кальция и фосфора против градиента концентрации с участием АТФ и кальцийсвязывающего белка, образование которого происходит под действием кальцитриола. В минерализованных тканях кальцитриол в физиологических дозах повышает синтез коллагена, кальцийсвязывающих белков, сиалогликопротеинов межклеточного вещества, а также специфического белка дентина фосфофорина и специфических белков эмали: амелогенинов, энамелинов, способствуя их минерализации. В почечных канальцах он активирует реабсорбцию кальция и фосфора. В итоге витамин D обусловливает оптимальное содержание кальция и фосфора в плазме крови, необходимое для минерализации костной ткани, тканей зуба и пародонта. Биологическую функцию витамина D можно обозначить также как кальций, фосфор сберегающую.

При недостаточности витамина D в организме детей развивается рахит. Основные клинические симптомы рахита: снижение концентраций кальция и фосфора в крови, нарушение минерализации костной ткани, что ведёт к деформации опорных костей скелета. Характерны также атония мышц, позднее прорезывание зубов, нарушение зубного ряда. Чаще всего причинами рахита являются недостаточное содержание витамина D в пище, нарушение всасывания его в желудочно-кишечном тракте, а также недостаточность действия ультрафиолетовых лучей на организм. У детей с патологией печени и почек встречаются также формы рахита, связанные с нарушением превращения кальциферолов в их активные формы. Причиной рахита также может быть генетически обусловленная недостаточность монооксигеназных систем, которые участвуют в образовании биологически активных форм витамина D3. В некоторых случаях развитие рахита может быть обусловлено отсутствием или недостаточностью рецепторов к кальцитриолу.

Недостаточность витамина D у взрослых вызывает остеомаляцию (размягчение костей), нарушение всасывания кальция в тонком кишечнике, гипокальциемию, что может привести к гиперпродукции ПТГ. В лечении рахита применяют витамин D, препараты кальция и фосфора, адекватное пребывание на солнце и ультрафиолетовое облучение, а также устранение патологии печени и почек. Гипервитаминоз D ведёт к деминерализации костей, переломам, повышению концентраций кальция и фосфора в крови, кальцификации мягких тканей, а также к образованию камней в почках и мочевыводящих путях. Суточная потребность в витамине D для взрослых составляет 400 МЕ, для беременных и кормящих — до 1000 МЕ, для детей — 500-1000 МЕ в зависимости от возраста.

www.ronl.ru


Смотрите также